Ранее Киев публично отказывался обсуждать с российским президентом Владимиром Путиным пути урегулирования конфликта до вывода российских войск за границы 1991 года. Также Украина была принципиально против приглашения России на форум в Швейцарии. Она проводила линию, что сперва необходимо разработать “мирный план” на основе так называемой формулы Владимира Зеленского, объединить вокруг него большинство стран мира, прежде всего великие державы — США, Китай и так далее, — а потом предъявить этот фактически ультиматум Москве.
Однако задумку с “мирным планом” и ультиматумом воплотить на швейцарском саммите не удалось. Китай вообще проигнорировал форум, а другие ключевые страны глобального Юга — Бразилия, Индия, Саудовская Аравия, ЮАР — хоть и прислали своих представителей, но отказались подписать коммюнике. При этом туда даже не вошли самые жесткие требования к России из “формулы мира”. Кроме того, на форуме рефреном звучал призыв о необходимости обсуждать окончание боевых действий с обоими участниками. Можно предположить, что в закулисной части об этом говорили еще чаще и настойчивее.
Надо полагать, по этой причине Украина, как и ее западные союзники, поменяли позицию по участию в одном форуме с Россией.
Однако еще более примечательно, что и глава офиса президента Андрей Ермак, и глава МИД Дмитрий Кулеба заявили, что на втором саммите, ни много ни мало, должен быть вообще “положен конец конфликту” (то есть заключены мирные соглашения). “Целью второго саммита будет положить конец конфликту и урегулировать кризисы”, — сказал Ермак. “Идея в том, чтобы следующий саммит стал завершением боевых действий. И, конечно, нам нужна за столом переговоров и другая сторона”, — заявил Кулеба.
Что сподвигло украинское руководство изменить прежнюю линию, и может ли это сдвинуть с мертвой точки мирный процесс?
Строго по “формуле”
За прошедшую после саммита в Швейцарии неделю Зеленский, Ермак и Дмитрий Кулеба в том или ином виде выступили за участие России в следующем “саммите мира”. Более того, Киев не против сесть за один стол с Москвой и на других форумах такого содержания, например китайском.
Это серьезное изменение переговорной концепции Украины. Ведь еще недавно руководство страны проводило линию, что до тех пор, пока Украина не вернет всю прежнюю территорию, включая Крым, и пока Путин остается президентом России, переговоров быть не может.
В отношении саммита в Швейцарии Киев также настаивал на отсутствии России, хотя, вероятно, уже на стадии подготовки понял, что план расширить коалицию и принудить с ее помощью Москву к выгодному для Украины миру воплотить не удастся. Сигналы от стран глобального Юга, вероятно, также разочаровали. Но на них надо было реагировать.
“Смена риторики о переговорах — это попытка выйти за границы “западного мира” и сблизиться с ключевыми странами глобального Юга. Россия продолжает разыгрывать карту, что она-то готова к переговорам, а вот Украина-де отказывается, из-за чего конфликт продолжается. Это ограничивает диалог Киева с большим количеством стран. Кстати, Запад в вопросе привлечения России к переговорному процессу также не представляет собой единое целое. Есть страны, готовые поддержать переговоры с Москвой, но они не хотят брать на себя ответственность за их запуск и результат. Будет решение Украины на этот счет — они его поддержат”, — комментирует политолог Руслан Бортник “Стране”.
По его словам, причины внутреннего характера также побуждают Украину демонстрировать готовность к переговорам.
Растет число украинских граждан, склоняющихся к компромиссам с РФ, и власть вынуждена реагировать на изменения настроений. Об этом говорят, например, недавно опубликованные результаты опроса Киевского международного института социологии (КМИС).
Согласно данному исследованию, 58% респондентов заявили, что украинская власть не должна идти на компромиссы в переговорах с РФ и должна продолжать борьбу столько, сколько возможно. При этом в мае 2022 года таковых было 80%. Не согласны с этим утверждением сейчас треть опрошенных — 30%.
“Как мы видим, очень большая часть общества — за переговоры. Власть своими заявлениями пытается удержать эту группу и говорит о желании начать переговоры. Можно сказать, что Киев решил сыграть в ту же игру, в которую играет уже давно Москва: постоянно говорит о желании вести диалог, но вот, дескать, “та сторона” не хочет. То, что подход начал меняться, мы видим и по тому, что наиболее радикальных украинских спикеров в медиа стало меньше. Это говорит о изменении “температуры” в президентском офисе в связи со сменой тактики”, — комментирует эксперт.
Вероятно, новый подход найдет понимание среди западных союзников Украины. Об этом говорит, например, экс-министр иностранных дел Павел Климкин в одном из своих интервью. По его словам, в западных странах становится “мейнстримом” мысль о том, что с Россией “можно и нужно говорить”. Однако это нужно делать “с позиции силы, без компромиссов и базарных разменов”. Более того, по мнению Климкина, часть Запада допускает даже некий вариант “заморозки” конфликта.
Китайский фактор
Отдельная проблема для Украины — позиция стран глобального Юга, считает политолог Бортник.
“Страны глобального Юга ждут от Киева определенных шагов, даже конкретных уступок. Но Украина при смене риторики по сути не готова к этому. Это только попытка прощупать ситуацию”, — полагает Бортник.
Если Пекин все-таки воплотит свою идею собственной мирной конференции, это создаст сложности для украинского руководства. Даже простое участие может потребовать определенного подыгрывания Китаю, у которого есть собственный мирный план по Украине.
Этот план ранее не устраивал Киев прежде всего потому, что говорит об остановке боев по линии фронта без вывода российских войск.
Однако на днях посол Украины в Сингапуре Екатерина Зеленко в комментарии South China Morning Post заявила, что Киев допускает свое участие в китайском мирном саммите с участием России. А Кулеба заявил о готовности продолжить переговоры с Китаем. “Я убежден, что у нас продолжится разговор с Китаем по поводу прекращения конфликта на Украине”, — сказал глава МИД.
Свидетельствует ли это о готовности Украины согласится с принципиальными моментами китайского мирного плана (включая остановку конфликта по линии фронта) — неизвестно. Официально это не заявлялось. Кроме того, ряд экспертов воспринимает все заявления последнего времени как обычную игру с целью показать намерение Киева вести переговоры и отсутствие такового у России.
Однако обращает на себя внимание другой момент. И Кулеба, и Ермак сделали акцент на том, что на втором саммите мира (который теоретически может пройти и в китайском формате) будут достигнуты договоренности об окончании конфликта на Украине.
На первый взгляд такая амбициозная планка выглядит практически недостижимой. Даже если представить, что Украина откажется от своей официально задекларированной позиции по формуле мира и согласится на остановку боев по линии фронта (то есть, на китайский план), то остается еще две серьезные проблемы.
Первая: сам Путин недавно заявил, что на остановку конфликта по линии фронта он идти не готов. Также Россия активно педалирует тему с “нелегитимностью” Зеленского, давая понять, что переговоры с ним вести не намерена. Москва даже заявила, что якобы Вашингтон хочет поменять Зеленского на Залужного, чтоб тот смог заключить договоренности с Россией.
Вторая проблема: как отреагирует Запад на отказ от принципа выхода на границы 1991 года. Тем более если это произойдет на саммите, который организует Китай. Относительно этого есть две противоположные версии.
По первой из них, Запад категорически против такой “смены концепции”. Он не хочет давать России даже формальный повод говорить о победе, закрепив по итогам конфликта за собой завоеванные территории. Но есть и прямо противоположная точка зрения, что Запад как раз подталкивает Украину к компромиссам с Россией с целью завершить конфликт. Прежде всего потому, что есть реальные опасения военного поражения Украины в случае затяжных боев. Также Белому дому выгодно, чтоб конфликт закончился до выборов и Трамп лишился одного из главных своих козырей о том, что “Байден ведет дело к мировой войне”.
Другой вопрос, что даже если Запад и поддерживает компромиссы Украины с Россией, он точно не готов поддержать выполнение обозначенных Путиным требований.
Источник в дипломатических кругах считает, что в такой ситуации достижение реальных договоренностей о прекращении конфликта возможно, только если к вопросу подключится Китай, а Украина пойдет на серьёзное изменение своей позиции.
“Китай — единственная страна в мире, которая может повлиять на Путина, чтобы он пошел на компромиссы. Понятно, что речь не может идти о выводе российских войск на границы 1991 года, но если Украина согласится на окончание конфликта по линии фронта плюс на нейтральный статус, то предмет для разговора у Пекина с Москвой появляется. И шансы прийти к компромиссу на такой основе не равны нулю. Да, для этого Украине нужно будет согласиться на переговоры на китайском саммите и фактически принять китайский мирный план. Готов ли на это Киев?
Стратегически особые отношения с Китаем для Украины чрезвычайно важны. Потому что только Китай может быть реальным гарантом безопасности Украины. Так как это единственная страна, которая может побудить Россию что-либо сделать (или наоборот, что-либо не делать), не прибегая к военной силе. Запад свои невоенные методы воздействия на Россию уже почти исчерпал, а к военным переходить не готов из-за угрозы ядерного конфликта. И по той же причине вопрос о членстве Украины в НАТО надолго повис в воздухе.
Поэтому стратегически для Украины был бы идеальной позицией путь в Евросоюз и при этом гарантии безопасности Китая и стратегическое партнерство с ним. Однако здесь вопрос в позиции Запада: даст ли он добро на такой вариант. Потому что мирное урегулирование на Украине по китайскому плану может вызвать тектонические сдвиги в геополитике. Например, резко поменять позицию Тайваня, который может прийти к выводу, что нужно не к войне с Китаем готовится, рискуя получить огромные жертвы и разрушения, а идти с ним на сближение по принципу “одна страна — две системы”. И это только один из примеров. Поэтому ситуация очень непростая. Но договоренности Украины с Китаем — единственный более-менее реальный шанс выполнить задачу, которую сформулировали Кулеба и Ермак: договориться об окончании боевых действий уже на втором саммите, который на Банковой хотят провести до конца года”, — говорит источник.
Автор: Денис Рафальский.
